Насос

Насос

текст Григорий Пушкин
рисунки Евгений Слюняев

Лето, жара! Четыре квадра, народ в амуниции, под джерси течёт пот, но не распрягаемся, тормознулись на пять сек. Митяй сидит и попивает сухарик из горла. Надо же было нарисоваться попрошайке лейтенантской на какой-то непонятной восьмёрке и без фуражки, но со значком. Оп-па, в голове мусорёнка уже представился стол горой, всякие там прелести сельской жизни после отбоя, и, одёрнув заляпанную курой-гриль голубую рубашку, он двинулся к Митяю-банкомату.

– Здравствуйте. Нарушаем? Документы, пожалуйста.

Митяй смотрит сквозь мента и продолжает рассказывать, как он через брод ломился.

– Мужчина, я к вам обращаюсь. Документики, пожалуйста, предъявите.

На третий раз попрошайка пытается привлечь внимание Митьки, подёргав его за рукав джерси. Как только его рука приближается к локтю Димона, тот кидается на стража порядка с лаем, изображая разъярённого стафа с пеной у рта. Потом показывает на трос, лежащий на коленках, и выдаёт:

– Не ссы, я привязан.

Ментёнок отряхивается, понимает, что только что обздался, и теперь нужно брать дело в свои руки. Он деловито подходит к квадру и, переходя на фальцет, визжит, что ему срочно нужно передать документы. У каждого на шлеме по go - pro шке, все ржут и обсуждают, что мент нефотогеничен и плохо двигается в кадре. Поняв, что игнор переходит все границы, мент покрывается красными пятнами, и сапун на его жбане готов начать посвистывать. Накопившуюся энергию нужно куда-то выплеснуть и наказать уже всех по полной программе. Уверенным движением он наклоняется и привычным движением прибегает к распространённому колхозному методу, блокирования транспортного средства специально припасённым для этого колпачком. Разогнувшись с мыслями о превосходстве над этим бренным миром и улыбкой довольного Мальчиша-плохиша, он упёрся в третий размер Нины. И шипение воздуха перекрыл вполне резонный вопрос:

– Ты что, Чиполино, тут делаешь?

Опешив от Нинкиных форм, строгого голоса и беспардонно порванного личного пространства, он отчитался:

– Вот, видите, водитель распивает и документы не предоставляет.
- Да какой он на хрен водитель? Это мой квадр, я водитель, а это мой больной муж. Видишь, привязанный сидит. А ты-то, кто?
– Я лейтенант такой-то, такого-то подразделения.
- Так, лейтенант такой-то, а шляпа твоя где? Ладно, у тебя есть пять минут на то, чтобы исправить этот неуместный казус твоей короткой карьеры. Иначе я звоню в прокуратуру, и при поддержке шести свидетелей, дополненных съёмкой четырёх видеокамер, ты идешь под белые рученьки под неполное служебное соответствие, которое в период аттестации вас, короедов, тебе совсем ни к чему. Усёк?

Затем, понизив голос до еле слышного, Нина рассказала ему на ушко, сколько милицейских почек стоит этот аппарат, кто она по должности и каковы прелести общения с её сотрудниками в её управе. Надо отметить, что Нинок трудилась адвокатом в простой юридической конторе, но дело своё знала туго и развести могла почти любого.

Невнятное мычание в ответ и разговоры о том, что «я же не знал, а он не сказал и распивает на транспортном средстве, мы опустим».

Фраза Нины «Так, парни, он мне надоел, посмотрите кто-нибудь телефон прокуратуры этого богом забытого района» отрезвила воспалённый мозг ментёнка до конца, и он ринулся на поиски насоса.

Собравшиеся ротозеи уже вовсю хихикали и ехидничали, но насосом не обладали.

Понимая всю глупость ситуации, кляня себя, свою резкость и невозможность происходящего, страж порядка хотел скорее отделаться от происходящего с ним и ретироваться, покинув это злосчастное место. Но насоса как на зло ни у кого не было. Уже выхватив кормильца из машины, он остановил старенький «Москвич» и обнаружил в нём лишь ручной насос без монометра. По мере подъёма тяжёлого Медведя с обода спина жадного слуги закона всё шире и шире расплывалась мокрым пятном.

– Ну всё, вроде, нормально, – выпрямился запыхавшийся ментёнок.
֪– Вроде, нормально, будешь на своём корыте делать. Митяй, проверь, – распорядилась Нина.

Митяй лениво слез, достал из кофра хромированный компрессор и на налитых кровью глазах мокрого насоса, подсоединил компрессор к колесу.

– Даже немного перекачал, старательный ты наш, – выдал Михей, подтравливая воздух до нормы.
– Свободен, товарищ лейтенант. В следующий раз, думай, что делаешь, – козырнула театрально Нинель.

Мы даже сами особо не смогли себе объяснить, как всё это так складно получилось, но достаточно быстро собрались, завелись и удалились в сторону больших полей. Пока, ветер без камней.


< Парад ветерановГЛАЗ ШИВЫ >
19 Марта 2014 11:36 Григорий Пушкин